Самый короткий день, самая длинная ночь

Вчера, в честь самого короткого дня в году мы, наконец-то, достали дружественный прибор, с помощью которого можно оцифровывать записи со старых кассет. Установили, подключили, проверили и тогда стали вспоминать - а где же лежат они, эти самые кассеты со старыми записями? И пока мы долго искали, усиленно размышляли, снова искали - старая коробка из-под обуви малинового цвета тихо так себе лежала на антресолях среди других своих родственников и не подавала виду, что весь этот маленький бедлам в квартире происходит из-за нее. Вот такая она, скромная девушка, но с достоинством) Я уже даже успела немного расстроиться - все-таки два переезда было, а вдруг затерялись? Но нет, самая длинная ночь способствовала моей решимости, и я таки отыскала эту скромницу и спустила вниз с ее пыльных небес. К счастью, и кассета искомая нашлась, и даже лента не слишком пострадала)

Самый короткий день, самая длинная ночь

Город в Солнце

Группу «Оберманекен» я впервые услышала в 1998г. в радиопрограмме «Атмосфера». Нужно сказать, что в этой программе звучала очень необычная по тем временам музыка, кардинально отличающаяся от того, что можно было тогда услышать по радио и TВ. Множество знаковых для меня исполнителей, которые стали мои любимыми и являются таковыми до сих пор, я узнала именно оттуда. Русскоязычных групп в тот период в программе практически не было, так что услышать «Оберманекен» было вдвойне удивительно. «Город в Cолнце» и «Ночной портье» - тогда произвели на меня очень сильное впечатление и сейчас, по прошествии стольких лет, мне приятно отметить тот факт, что они до сих пор остаются для меня особенными и любимыми. Также немаловажным моментом стала тесная связь этих песен с моей личной историей, с событиями, происходившими со мной в тот период… Вот почему я с радостью откликнулась на предложение принять участие в трибьюте «Оберманекен». Когда мы работали над «Городом в Солнце», я как будто бы снова и снова возвращалась в те волшебные, безумные времена, когда для меня все только начиналось… Почему я выбрала эту песню - помимо ностальгических моментов, помимо того, что она мне очень близка и созвучна по настроению - она кажется мне совершенной во всех отношениях… Это первый мой серьезный, записанный в студии кавер, и может быть, последний. Ну разве что когда-нибудь звезды выстроятся в такую же комбинацию, и все таким же мистическим образом совпадет...





PS: Спасибо всем, кто принимал участие в создании аудио и видео:

Павел Голубовский - саунд-дизайн, гитары (http://www.baranrecords.com/)
Олег Митрофанов - акустическая гитара, Андрей Семака - фагот
Алексей Нагорных - мастеринг (студия "Веселый ветер")
Сергей Ляшков - съёмка и монтаж видео

Шум листвы

…На двери была табличка «Манипуляционная», перед ней в коридоре выстроилась очередь. Стоять в очереди было тяжело - и физически, и морально, поэтому я периодически возвращалась в палату. Настроение было подавленное. Разговоры пациентов в коридоре его только усугубляли. Несмотря на то, что операция была уже позади, оставалось еще очень много страхов и сомнений – насколько успешно она прошла, насколько верным было выбранное лечение – никто не мог дать никаких гарантий. Ходила я, придерживаясь за стенку, дышать было трудно и правая рука почти не двигалась. Вдобавок почему-то необъяснимо долго держалась температура. В кабинете с табличкой «манипуляционная» проводились послеоперационные перевязки. Обычно этим занимается медсестра, но иногда приходил хирург, проводивший операцию. Моего врача звали Николай Федорович. С самого первого момента, когда я его увидела – я поняла, что этот человек должен мне помочь. Взгляд его был мудрым, лицо – приятным и открытым, и все его жесты, слова, сама манера говорить – излучали спокойную уверенность. Думаю, это спокойствие и уверенность, хотя бы ненадолго, частично передавались всем его пациентам…

Чтоб не пропустить очередь, я снова подтянулась к перевязочной и стояла у стены. Он вышел, осмотрел очередь и сказал мне с улыбкой: «Лена, заходи». Много чего хорошего говорил он каждый раз, пытаясь меня подбодрить, шутил по поводу моей шапочки, задавал отвлекающие вопросы, всего уже не припомнишь… Но одну фразу, сказанную им тогда я запомнила очень хорошо. Перевязки – не очень приятная вещь, иногда болезненная, но плакала я в основном не от боли – скорее по слабости. Он заметил и сказал, то ли в шутку, то ли всерьез: «Вот выйдешь отсюда и обязательно напишешь красивую музыку, такую, знаешь, спокойную, похожую на шум листвы…». В отделении знали, что я музыкант, но почему-то, не вдаваясь в подробности, решили, что пианистка. Я не стала их разубеждать. В конце концов, на тот момент я даже была не совсем уверена в том, что вообще смогу играть. Выписали меня через две недели, как раз на мой день рождения. Состояние мое заметно улучшилось, хотя много чего еще мне предстояло перенести. И я пообещала себе, что как только поправлюсь, как только смогу играть – в знак благодарности обязательно напишу эту музыку…
Плановое обследование через год после операции показало, что у меня все нормально, если еще четыре последующих покажут норму – диагноз мой будет снят. Но сколько бы мне ни отмерило небо – я буду благодарна за все, за каждый прожитый день, а тем более целый год – ведь за год, как оказалось, можно столько всего успеть!…

«Шум листвы» мы записали за один день – спасибо Кате, Леше и Насте, что прониклись, прочувствовали настроение и помогли осуществить задуманное. Николай Федорович, кажется, был приятно удивлен, когда я ему подарила специально подготовленный для него диск. Обещал послушать по дороге домой в машине. Не уверена, что он вспомнил эту историю, но надеюсь, музыка ему понравится…

Уходили парни на войну

Большая ложь

Божья коровка

Спасибо Сергею и Даше из группы «Магелланово облако» за сотрудничество и участие в новых песнях.

Сашеньке Пикульскому большое спасибо за жизнерадостность и оптимизм!

Огромное спасибо Елене Павленко из БФ «Пчелка» и Александру Редекопу из Перми за моральную и материальную поддержку.

Ярославу и Виолетте за помощь и медицинские консультации. Лорине, Шуре и его семье за доброту и гостеприимство.

Леше Нагорных, Сереже Ляшкову и его маме за участие и полезные книги. Ане, Алине, Саше, Юле и всем-всем-всем, кто помогал, интересовался, беспокоился, приходил, писал и звонил со словами поддержки.

Огромное спасибо моим родным и друзьям за близость и понимание!

Всем здоровья и Ангела-хранителя! Пусть эта осень будет радостной и теплой!

Видео - Сергей Ляшков.

Божья коровка

В начале июля ко мне обратилась Елена Павленко – президент благотворительного фонда «Пчелка» – и предложила принять участие в благотворительном концерте. Основная идея была в том, что вместе со взрослыми профессиональными артистами на сцене будут выступать дети, которые выздоровели, победили свою тяжелую болезнь. Елена предложила мне спеть дуэтом с 5-летним Сашенькой Пикульским, подопечным фонда «Пчелка». Я согласилась, но встал вопрос о том, какую именно композицию мы будем исполнять. Перебрав в уме все свои песни, я поняла, что ни одна из них в полной мере не подходит для того, чтобы ее исполнял маленький ребенок – либо тексты слишком грустные, либо мелодии сложные. В общем, я решила написать специальную детскую песню, с простыми словами и простой мелодией, доступной и понятной для детей. Дополнительным поводом к такому решению послужила моя давняя мечта – о детском альбоме. И я подумала, как здорово, это будет хорошее начало. С самой песней всё было предельно просто, так бывает очень редко – просто садишься и сразу играешь мелодию, которая потом уже не будет меняться. На пюпитре стояло фото, которое сразу же натолкнуло меня на слова припева. Вообще было такое ощущение, что мне кто-то помогает или подсказывает, не знаю, как это правильно объяснить… Сашенька оказался очень способным, очень музыкальным и даже придумал сам дополнительную голосовую партию там, где ему было неудобно петь. Его мама при встрече сказала мне, что эта песня точно отражает его историю, как ему было тяжело во время болезни, и как он не сдавался, как продолжал улыбаться и верить в завтрашний день. Я безмерно рада, что Сашенька теперь здоров. Рада тому, что, в том числе и благодаря его истории, у каждого человека, ведущего борьбу с тяжелой болезнью – будет теперь немного больше надежды на выздоровление.

Flёur & Саша Пикульский - Божья коровка

Автопортрет

Почему мы забываем о том, кто мы есть
Отождествляя себя со своею малою частью
Или, хуже того, с ее крошечным случаем частным
Почему мы забываем о том кто, мы есть?..

Доверяем холодным земным зеркалам
Смотрим в узкую щель, небес не видя распахнутых
Называем свой звездный трамплин - окровавленной плахою
Замерзаем насквозь, хоть мы сами - источник тепла

Я рисую на белой бумаге,
В белой комнате, белым мелом
То, что не знает рожденья и смерти
То, чему нет границ и пределов
Буревестников в небе бездонном,
Караван облаков бесконечный...
Или кажется мне, или я тоскую по дому
Тому, который для нас станет вечным...

Почему я забываю о том, кто я есть
Позволяю себе так по-детски, бездумно пораниться
О зазубренный край неудачного ракурса
Почему я забываю о том, кто я есть?..

Океаном пурпурным бунтует внутри,
Дикой птицею рвется наружу из тесного плена
То, что вмещает в себя миллионы вселенных
То, что плачет, смеется и хочет свободно парить

Я рисую на белой бумаге,
В белой комнате, белым мелом
То, что не знает рожденья и смерти
То, чему нет границ и пределов
Подойди осторожно, неслышно
Обними меня тихо за плечи, -
Или кажется мне, или я тоскую по дому
Тому, который для нас станет вечным...

18 марта 2013г.

Несмотря ни на что

Как ужасно быть несвободным, зависимым

От невнимательных действий диспетчера

От билетов, проданных задними числами

От чьих-то решений и планов изменчивых

От нелетной погоды, от пробок и снежных заносов

От тумана вокруг корабля, от тумана в сознании

От состояния маленькой области мозга

Что несет у кого-то ответственность за обещания

Как ужасно зависеть от настроенья кондуктора

От рассеянных мыслей пилота огромного лайнера

От неверно идущих часов, от медлящих спутников

От жизненно-важных приборов и функций исправности

Несмотря ни на что,

Мы обязаны двигаться дальше

Мы должны быть там, где нас ждут

Должны быть там вовремя

Отвернувшись к окну,

Мы следим за скользящим пейзажем

И меняется мир,

Нашей мыслью ускоренный…

Как нарочно сломалось одно колесо в экипаже

И набилось откуда-то столько случайных попутчиков

Каждый из них – со своею тяжелой поклажей

Немудрено, что лошадь еле плетется измученно

Несмотря ни на что,

Мы обязаны двигаться дальше

Мы должны быть там, где нас ждут

Должны быть там вовремя

Отвернувшись к окну,

Мы следим за скользящим пейзажем

И меняется мир,

Нашей мыслью ускоренный…

Сапоги-скороходы порой натирают мозоли

И тяжелою цепью становится нить Ариадны

Прорастает трава между шпал, и ржавеют рессоры

Станционный смотритель спит во тьме непроглядной

Несмотря ни на что,

Мы обязаны двигаться дальше

Полагаясь на курс,

Обозначенный звездами

Наши мысли сильней,

Чем дыра в фюзеляже

Мы летим в облаках,

Нашей верою созданных

Февраль 2013

Банка с краской

Как много несчастий и бед

Порой рождается из промедления

Из безнадежного: «Стоит ли?»

Из грустного: «А поймут ли?»

Как много еще не открытых планет

Срывается в бездну за миг до рождения,

Затерянных в космосе слов, -

Очень важных и нужных кому-то

А поезд - вот-вот тронется

И двери вот-вот закроются

Но видно в этот раз –

Не быть молчанью золотом

Для каждого из нас

Так просто упустить свой шанс

Однажды быть услышанным

Когда-нибудь быть понятым

Хочешь - пой, а хочешь – стой на голове

Оставайся серьезным, валяя дурака…

Есть столько способов сказать о главном

И лишь молчанье – бесперспективно

Так сделай хоть маленький шаг

Пускай вероятность споткнуться – велика

Не бойся выронить банку с краской, -

Так тоже порой возникают картины

А завтра может быть обледенение

Метеоритный дождь, цунами, эпидемия

И скроет солнце вечным затмением

И целый мир похоронят обломки

Так если у тебя

Есть что-то сказать, -

Скажи это скорей

Скажи об этом громко

Январь 2013

Два года со дня трагедии в Домодедово. Оборвалось. Молох.

24 января 2011 года ровно два года назад в аэропорту Домодедово был совершен террористический акт, в результате которого погибло и пострадало много невинных людей, среди них был человек, близкий всем нам – Аня Яблонская... Следствие по делу организации и проведения теракта продолжается и по сегодняшний день. В нем много темного и загадочного, хотя исполнители и организаторы как-будто бы названы, над некоторыми из них были проведены расправы, некоторые, кто еще остался в живых, должно быть, понесут наказание...Что за всем этим стояло – экстремизм, межнациональные распри, религиозное мракобесие, государственная политика, спецслужбы - все это уже не имеет большого значения для людей, потерявших в тот день своих близких, родных и любимых...Больно констатировать этот факт, но смерть, как ничто другое, сближает нас, протягивает невидимые нити, делает нас неразлучными с теми, кто ушел от нас навсегда. И еще, смерть в итоге, как ничто другое – наполняет нашу жизнь светом... Правда, понимаешь это не сразу, а со временем, когда ужас и острая боль отступают...

Оборвалось

Оборвалось
Внезапно и быстро. В мгновение ока.
Несправедливо. Нелепо. Жестоко.
Непоправимо и безвозвратно.
Так больно. Так страшно. Так грубо. Так резко
Впиваются в память стальные обрезки
так глубоко и беспощадно…

Оборвалось
Как фильм на самом волнующем месте
Выдернут шнур. Остановлена песня
На середине строки, на полуслове
Безумно. Безжалостно. Невероятно
Сменяют друг друга фатальные кадры
Невыносимые в бесконечном повторе

Оборвалось
Содрогнувшийся мир исчезал постепенно
Стирались линии, таяли стены
И проступали контуры мира иного
А где-то, с тревогой, по-прежнему ждали
Дрожащими пальцами трубку сжимали
И набирали все тот же номер…

Оборвалось
Как много осталось всего недосказано
Такого важного, такого разного
Так много чудес еще могло удивить
Так много больших и маленьких радостей
Не испытано. Не прочитано.
Не согрето светом любви…

Оборвалось
Так тихо падает снег за окном
Все кажется страшным, нелепым сном
Лишь машины все также куда-то летят
И две одинокие птицы застыли
в замерзших ветвях…

25.01.2011
Посвящается Анне Яблонской и всем жертвам теракта в Домодедово

Молох

Над миром, уснувшим беспечно
Возвышается тенью зловещей
Исполин, вознесенный из камня
Грозный идол со звериным оскалом
Его пустые глазницы
следят за нашими снами

Подняв омытые кровью ладони,
Его жрецы ведут свои церемонии
Свои жестокие обряды и шествия
Готовя новые невинные жертвы
Ради страшного бога,
имя которому - Молох

Я слышу адский грохот тамтамов
Я слышу гул ритуального пения
До самых звезд поднимается пламя
Выше звезд горы черного пепла
Его каменные руки
Тянутся к нам над бездной

Забывая о вчерашних потерях,
Мы создаем, растим, строим и верим
Покой приходит на уставшую землю
Только он ни секунды не дремлет:
Он всегда начеку, -
Кровавый, безжалостный Молох

Февраль 2011

Бессмертие

"Напишите имя "Jhonn Balance" на клочке бумаги, положите его в ямку в земле или в цветочный горшок, и посадите туда растение или деревце. Глядя, как оно растёт, или, ещё лучше, вкушая его плоды, знайте - он около (или внутри) вас." 

Такое послание оставил Питер Кристоферсон спустя несколько дней после трагической смерти своего друга… "Золото Маккены" - так назывались цветы, посаженные мною тогда в ноябре 2004 г., жаль, что их слабые всходы почему-то так и не прижились… Но это уже не столь важно, суть ритуала была исполнена.

Есть тайны, которые открываются в момент наивысшей близости, есть коридоры между мирами, которые можно увидеть, говоря с темнотой или глядя в глубины зеркальных поверхностей, отраженных друг в друге. Есть тишина как форма существования и припорошенные инеем целлулоидные лодки, что ждут переправы через Черную Реку… Есть сны, в которых протягиваются невидимые нити и проявляются сокрытые вещи для тех, кто их ищет, для тех, кто ими одержим… Есть силы, способные поворачивать стрелки часов вспять. Я помню. Я храню свою тайну…

Конфетти

Праздник длился недолго

Патефонной иголкой

Скользнул и оставил

Свой блеск позади

Рассыпана пудра

Неласково утро

Сквозняк и томленье

И холод в груди

Я ежусь от сырости

Повсюду рассыпано

Конфетти…

Где-то во вселенской спирали

На тайной скрижали

Начертано все, что нас ждет впереди

С размазанным гримом

Со смешной пантомимой

Мы спорили с временем,

Глядя в его объектив

А с неба сыпались звезды

Разноцветные, пестрые

Как конфетти…

На пол упала перчатка

О, как беспощаден

Был звук
разорвавшейся в сердце струны

Бокал опрокинут

Дрожит паутина

Я слушаю звон

Воцарившейся вдруг тишины

Вы в туман уходили

Вы сказали, что были

Со мной нечестны…

Белым крылом лебединым

Слезой арлекина

Начертаны судьбы

небесных светил

Пепел на клавишах

Поймешь ли, исправишь ли?

Мы разминулись

в тумане на млечном пути

Ослепленные звездами

Разноцветными, пестрыми

Как конфетти…

май 2012

Вальсирующие во тьме

В заброшенном саду

Где каменные львы

Где тают силуэты

Замка грез в лиловом небе

Где льется лунный свет

Сквозь кружево листвы

Где в зеркале пруда

Застыл печальный лебедь

Сквозь сумрачные залы,

Плененные луной

Две призрачные тени

Медленно скользят во тьме

Безмолвно отдаляясь

Сливаются в одно

Их легкие движенья

Не слышны в полночной тишине

Ни звука, ни души

На мраморных ступенях

Алмазною росой

Мерцает звездный полог

Мы медленно кружим

Плененные мгновеньем

Танцуя в темноте,

Едва касаясь пола

Сквозь сумерки веков

Сквозь поле алых роз

Над временем и смертью

Дымкою неуловимой

Над шлейфом облаков

Над океаном звезд

Вальсируем во тьме

Навек неразделимы

21 июня 2012г.

Кардиограмма

Я не знаю с чего мне начать

Мне не нравится то, что начато

Мои бабочки спят 

в саркофаге хрустальном, -

мне их не воскресить

Ах, змеиная кожа сомнения

Ах, навязчиво-злобные шепоты

И зачем я все это делаю,

Трачу столько эмоций и сил?...

Скажи мне, что это короткая фаза

Короткий отрезок на кардиограмме

Затишье, после которого

Нас ждет неминуемый всплеск

Что этот штиль – ненадолго

Что где-то там, далеко в океане

Ветер несет к нам неистовый шторм

И волны, и молнии блеск…

На улицах – смех и гудки

И крики футбольных болельщиков

А я не могу заставить себя

Сделать хоть маленький шаг

В углах притаились призраки

И бездной пугает изменчивость

Над лампой - сонмы ночных мотыльков

И страшно, и нечем дышать…

Скажи мне, что это короткая фаза

Короткий отрезок на кардиограмме

Затишье, после которого

Нас ждет неминуемый всплеск

Что этот штиль – ненадолго

Что где-то там, далеко в океане -

Неистовый шторм и ветер

И волны, и молнии блеск…

Я томлюсь от рассвета до вечера

Монотонностью линий измучена

Высыхает перо, растекаются кляксы

Небесных чернил…

Ненавистные призраки шепчут мне:

«Все равно ничего не получится,

И зачем ты все это делаешь,

Тратишь столько эмоций и сил?»

Но это – всего лишь короткая фаза

Короткий фрагмент из кардиограммы

Затишье, после которого

Идет неминуемый всплеск

И этот штиль – ненадолго

Ведь где-то там, далеко в океане -

Ветер несет к нам неистовый шторм

И волны, и молнии блеск…

июнь 2012

My ghostly happiness

Стихи о призрачном счастье были действительно написаны
в парке у моря. Парк этот, именуемый в народе парком Шевченко – одно из моих любимейших мест в городе. Сейчас, к сожалению, я бываю в нем не так часто, как раньше. А когда-то я проводила там много времени, хорошо знаю каждую тропинку, каждую скамейку. Не буду даже пытаться рассказывать о том, как много значит для меня это место. В нем – слишком много воспоминаний, символов, слишком много грусти, пускай даже и светлой. Вообще, я заметила, что у воспоминаний есть такое странное свойство – они всегда грустные. Даже когда в памяти всплывают самые счастливые, самые радостные моменты. Конечно, парк этот сам по себе очень красив и у него есть своя история, свои достопримечательности, свои тайны. Но для меня он прекрасен вдвойне, потому, что наши c ним истории, наши с ним тайны – неразрывно связаны. Могу сказать только, что сердце мое безумно тоскует по этим местам и какая-то маленькая часть меня, мой маленький призрак – всегда остается там, бродит вдоль пустынных аллей или сидит на скамейке с видом на море… Позднее в 2002г. мне пришла в голову идея перевести эти стихи на английский язык. Сделала я это потому, что они были мне дороги, потому, что у меня было к ним особенное отношение, да и просто мне был интересен такой опыт. В отличии от «Мертвого дерева», которое переводилось на английский специально для альбома, это произошло довольно спонтанно… Надо сказать, что работой своей я осталась довольна. Несмотря на то, что ритм стихов был несколько изменен, но смысл и настроение, как мне кажется, были переданы точно. И еще – английский вариант оказался, на мой взгляд, даже в чем-то лаконичнее и мелодичнее, чем русский. Так появилась песня "My ghostly happiness", которая впоследствии вошла в альбом Amurekimuri.

My ghostly happiness

My ghostly happiness, where are you now?
I’m walking along the empty alleys
A park by the sea in the middle of summer
Temple of dreams, green magic palace…

Maybe you’ve suddenly fallen ill
Taken to your bed, laying and dreaming
about the refreshing wind
Is there anyone who's watching your breathing?

What’s wrong with you? How can I find out?
Something is out of order it seems
Maybe you’re trembling with cold as sitting by fire
Maybe you have the feverish dreams…

What if it hurts you so bad?
What if this pain is so unbearable
so your world is crashing?
If I could only become
an anesthesia for you,
my Ghostly Priceless Treasure…

My fragile happiness, where are you now?
Just on the other end of the Universe…
I know nothing about your misfortunes and troubles
But I would give all I have just to be your nurse

Just to bring you a medicine
(You would surely receive only sweetest mixtures)
Silently take your temperature,
Straighten your blanket
And read you a book with colored pictures

Probably that is great – relieve your suffering
But I felt so useless for all these days
A park by the sea… The middle of summer
I’m walking alone, just me and the rain…

Колыбельная для Солнца

Эта песня была написана в подарок. Подарок для человека, перед которым я чувствовала свою вину и хотела эту вину как-то загладить, сделав для него что-нибудь необычное. Вина эта, по всей видимости, была какой-то не очень значительной. Так как сейчас я уже совершенно не помню,
в чем именно она заключалась. Да и неважно это теперь, наверное. Для меня было огромной радостью узнать, что именно под эту песню некоторые знакомые и незнакомые люди убаюкивают своих малышей. Видимо в ней, и вправду есть что-то медитативное и умиротворяющее, так как при ее исполнении я  сама всегда ощущаю покой и гармонию... Интересным моментом было то, что фраза «космоса черные дыры» была использована мной неосознанно. И потом, когда мне указали, что подобное сочетание слов есть у Виктора Цоя, меня скорее это обрадовало, чем огорчило, и я решила оставить все как есть.
Песня была написана в январе 2001, а записали мы ее  весной этого же года. При ее записи нами впервые были использованы народные инструменты. Помню, у Юли было несколько разных дудочек,
и мы решили записать в эту песню именно их, вместо традиционной флейты. Так, в 3м куплете Юля играла на более высокой по тембру маленькой блок-флейте из светлого дерева, а в 4м – на длинной
и темной, с низким тембром, отдаленно напоминающей сакухати. Я вообще очень люблю народные инструменты и испытывала тогда большой восторг по поводу происходящего. Правда, в процессе
записи вдруг выяснилось, что маленькую дудочку невозможно точно подстроить до тональности песни (стандартный ля-минор). Но эта досадное обстоятельство нас не остановило. Мы просто переписали гитару, подстроив ее а также и все остальные инструменты под эту дудочку, и теперь ля-минор звучал уже не так как требовал стандарт. Из-за этого, естественно, люди, потом подбиравшие эту песню
на слух, столкнулись с определенными трудностями. Еще помню, как я радовалась, когда мы нашли завораживающий монотонный звук на клавишах и рассыпающиеся колокольчики, так замечательно гармонирующие с настроением песни. Идея использовать шепоты тоже, как мне кажется, была очень удачной… Надо сказать, что «Колыбельная для Солнца» - была самой первой моей песней, которую
мы полноценно записали с Flёur в студии и потому у меня к ней особенное отношение…